РУКОПИСЬ

Павел Григорьевич Серов написал роман о своей жизни и однажды решил принести его в известное издательство

«Приди!» — самое короткое произведение М.М.Пришвина

Зима 40-го года. Пришвину уже 67. Писательская судьба его уже спокойна и обеспечена. Но ему мучительно не хватает кого-то, кто бы разделил с ним все и понял его до конца, кому можно было бы доверять и доверяться.

Он уже почти перестал надеяться…

В новогоднюю ночь, когда часы били полночь, он написал на заветном листочке одно-единственное слово: «Приди!» (Этот листочек надо было успеть сжечь, тогда желание непременно исполнится, — была в семье такая традиция.) «Приди!» Призыв. Сейчас или уже никогда. Хотел поставить крест на своей мечте, но в последний миг передумал и все же написал: приди!

«Вся моя поэзия была как призыв: приди, приди! И вот она пришла, та самая, какую я знаю, лучше той, прошлой женщины с какой-то неведомой планеты (Невесты). Так зачем же теперь-то мне обращаться к пустыне и взывать оттуда на помощь поэзию: она со мной теперь, поэзия, я достиг своего…»

Она пришла. Появилась по приглашению для работы над его архивом, дневниками. Валерия Дмитриевна Лебедева, в девичестве Лиорко, человек непростой и тоже удивительной судьбы. В юности, так же как и Пришвин, она встретила свою первую сильную, настоящую любовь. Высокое духовное единство и подвижничество были в ней основной нотой. Однако Олег Поль — так звали возлюбленного Валерии Дмитриевны — выбрал религиозный путь, углубился в православие, принял постриг и вскоре стал иеромонахом. В 30-м его расстреляли. Эта рана не заживала в душе Валерии Дмитриевны: она любила и продолжала его любить. Встретив Пришвина, она заново переживала и переосмысливала свое чувство к Олегу. К мужу, с которым была в разводе.

В день их первой встречи стоял лютый мороз. В Москве было минус 50, и Валерия Дмитриевна, идя к Пришвину на первую деловую беседу, отморозила ноги. Разговаривая с Михаилом Михайловичем и его помощником о предстоящей работе, превозмогала жуткую боль. Но ей было не привыкать: несколько лет она провела в сталинских лагерях.

Мир прекрасного

Валерия Дмитриевна была глубоко верующим и образованным человеком, окончила Институт слова, одним из организаторов которого был известный философ Иван Ильин, посещала лекции начинающего Лосева, Павла Флоренского, прослушала курс философии и религии у Бердяева.

В ту первую встречу они не произвели друг на друга никакого впечатления. Пришвин сомневался в ней как в толковом работнике, не доверял (время было непростое, а истории ее жизни он еще не знал). Однако она поразила его своей глубиной, только осознал он это не сразу. В своем дневнике он записал мысль и только спустя месяцы понял, что высказала ее его любимая Ляля, а он тогда этого и не заметил.

«Подлинная любовь не может быть безответной, и если все же бывает любовь неудачной, то это бывает от недостатка внимания к тому, кого любишь. Подлинная любовь прежде всего бывает внимательной, и от силы внимания зависит сближение».

Удивительное созвучие и родство душ! Так откровенно, так полно ни он, ни она никогда еще не высказывали себя другому человеку. Оба изголодались, истосковались именно по таким отношениям — чистым, духовным, нежным и бережным, внимательным.

«— Тебе приходит в голову, — сказала она снова, — что земля — это мы или, вернее, в значительной мере это мы? А люди смотрят на нее и не видят: земля и земля!

— Непременно мы, — ответил я. — Но ведь и все животные и все растения — это тоже мы.

— Может быть, и звезды? — спросила она, но я ничего не мог ей ответить».

Неодетой весной называет Пришвин то время, что предшествует скоротечному таянию снегов, — время предпробуждения, предощущения будущего расцвета. Это и было время «незаписанной любви» — единственная неделя в жизни Пришвина, когда он не сделал ни одной записи в своем дневнике. Время взаимного глубокого узнавания двух людей. Из насыщенной не внешними, но внутренними событиями недели выросла настоящая любовь, взаимное служение.

Они учились доверять, учились любить и понимали Любовь не как взаимное притяжение, а как шанс обрести друг друга во всей полноте, чтобы идти вместе, быть рядом в исследовании, в понимании жизни, природы, мира, людей, самой Любви. Идти и одаривать этим богатством и счастьем своим других людей — через искусство, творчество, жизнетворчество.

Хотя оба были уже немолоды, они сумели сохранить детскую чистоту проявления чувств. В Дунино, в их доме-музее, есть деревянный пенал с ручками и карандашами, на котором ножичком нацарапано трогательное: «Ляля + Миша = Л».

«Будьте как дети» было любимой евангельской цитатой, руководством к действию у Валерии Дмитриевны. «Сохранить свое детство — значит остаться бессмертным. Человеку надо вернуть себе детство, и тогда ему вернется удивление, и с удивлением вернется и сказка. Невозможно? Нет ничего невозможного», — писал в своих дневниках Пришвин.

Они старались быть достойными друг друга и того счастья, что подарила им судьба, старались видеть друг в друге лучшее и за это лучшее сражаться, любя. «Тот человек, кого ты любишь во мне, конечно, лучше меня: я не такой. Но ты люби, и я постараюсь быть лучше себя».

Ключиком, которым они открывали друг друга, было «родственное внимание». Пришвин вывел это понятие сам и жил с ним всю жизнь. Родственное внимание — основа любви и основа творчества: только любя, можно постичь суть мира и собственное предназначение, только любя, можно творить. Обращаясь к неведомому читателю, Пришвин пишет: «Знаешь ли ты ту любовь, когда тебе самому от нее ничего нет, ничего и не будет, а ты все-таки любишь через это все вокруг себя, и ходишь по полю и лугу, и подбираешь красочно, один к одному синие васильки, пахнущие медом, и голубые незабудки».

Они прожили вместе счастливых 14 лет. 16 января 1954 года собирались отметить знаменательную дату их встречи — «праздник отмороженной ноги», как в шутку они его именовали. Но на рассвете этого дня Михаила Михайловича не стало…

Блог

Войти чтобы оставить комментарий

Отзывы

Отзыв о рассказе "ТАНИНЫ БЛИНЫ"

Отличный рассказ! Спасибо! И хочется, чтобы у Семеныча и Татьяны все склеилось!
Аватар пользователя Светлана Красавцева
Светлана Красавцева

Отзыв о рассказе "ЛИТ-РА"

Очень хорошо, уважаемый Максим. Узнаваемо и справедливо. Кстати, вспоминая свою далёкую "лит-ру", хочу сказать, что Чехов мне тоже нравился далеко не весь, Некрасов - раздражал, а Фадеев попросту бесил. Зато - от Достоевского я был без ума, да и "Войну и мир" только в школе перечитывал раза на два. Индивидуальные предпочтения, знаете ли.... А нынешним учителям я искренне сочувствую: у самого жена - "училка". Я бы такого ада не вынес. Искренне Ваш - Д.К.

Отзыв о рассказе "РУКОПИСЬ"

Какой пронзительный рассказ! Грустно осознавать бездушие современного издательского бизнеса, который вроде бы и существует для создания пищи для души. Как разбивается об эту холодную стену хрупкая человеческая жизнь. И как горько, что самые близкие люди так безнадежно разминулись во времени и пространстве. Спасибо за полученное удовольствие. С уважением.
Аватар пользователя Дарья Щедрина
Дарья Щедрина